Главная страница







Главная > Длинные формы > Эссе №1

Эссе №1

Эссе. Так называется этот жанр. Этот вид бумагомарательства, в рамки которого я буду сейчас себя загонять…

Но мысль трудно загонять в какие бы то ни было рамки. Мысль, как и время, подобна речному течению. Она как вода, составляющая основу нашей жизни, может пробивать себе русло и точить скалы, в то же время скромно протекая между пальцев.

И вот сейчас я пишу то, что думаю. И в этом нет ничего странного. Так происходит в большинстве случаев, кроме случаев делопроизводства, стенографии и других видов бездумного марания бумаги. Дело именно в том, что я пишу о самом процессе мышления и изложения; что называется: «Эссе о написании эссе», «Мысль о мысли», или, в конце концов, «Течение сознания о течении сознания». Я фиксирую мысль в себе, пытаюсь соединить два магнита одинаковыми полюсами, ноль и фазу, горящую серу и тринитротолуол. Это либо практически не возможно, как бывает с магнитом, либо, при приближении к логическому завершению действа, увеличивает вероятность несчастного случая с субъектом, решившимся на подобные эксперименты.

С сознанием не шутят. Но мы попробуем, пока еще хватает беспечности и мальчишеского задора, бесшабашной дерзости в моих мыслях, чувствах и желаниях. Пусть моя мысль, масленая мысленным маслом мысль ложится фиолетовыми червяками на снежную равнину бумаги. И если я захлебнусь во всем этом масле, если осколок белого безмолвия проделает дыру в борту моего «Титаника», перегруженного нейронами и аксонами, то вам, первым прибежавшим на место моей авиакатастрофы достанется черный ящик в виде нескольких бумажных листов, осыпанных фиолетовым пеплом смысла.
 
 
 
Рукописи не горят, но они могут истлевать с течением времени.  С течением времени истлевает и человеческое тело. Но, кое-что остается. Если человек прошел через деторождение, если стал звеном длинной цепи, на котором цепь не обрывается, а продолжается далее, звеньями несущих его геном потомков, то это и есть то самое, что увековечивает мысль в этом мире. Дезоксибонуклеиновая кислота, содержащая информацию о том из чего я состою материально и духовно, есть уже в другом человеке — моем ребенке. Как и во мне содержится информационные частицы моего отца, на могиле которого я был накануне, возможно, набираясь энергии для данного текста…  Не только энергии, но, может быть, и силы. Поскольку вдруг возникло ощущение, что Нечто уже пытается остановить меня в написании данного текста. Только опытный лингвист, наверное, сможет определить, что между словами с течением времени и С течением времени написанными выше и разделенными на бумаге считанными миллиметрами, прошло четыре часа. За это время я успел заснуть, увидеть несколько неоднозначных снов, и почувствовать в момент просыпания холодное дыхание смерти, проскочившей рядом со мной.

Час назад мог произойти нелепый несчастный случай, после которого мамы учили бы малышей раздеваться перед тем, как лечь спать. Они бы использовали в виде страшилки байку о том, как один несчастный умер из-за того, что лег спать в рубашке… Зубочистка в левом кармане этой самой рубашки каким-то странным образом стала поперек кармана, нацелившись одним из своих острых концов совсем не амурной стрелы мне между ребер прямо в сердце. Я переворачивался во сне, собираясь лечь на живот… и проснулся, вовремя почувствовав укол зубочистки. Повернуться я ведь мог и в более крепкой фазе сна, кто его знает. Будем считать пройденным первый этап моего знакомства с силой, противостоящей появлению данной рукописи. Загадочные стечения обстоятельств уже начали происходить. И вот, на этом самом тонком моменте склейки ощущений интереса и страха хотелось бы завершить первую часть данного Эссе.
 
 
1999 г.